Мы рады сообщить об открытии магазинов St-James Подробнее

Одежда надежды

В Токио, где-то в районе Щибуйи, в модном одежном магазине, я купил халат. Не махровый, для банно-прачечных процедур, а шерстяной, правильного синего цвета, в таком и в старом большом доме зимой не холодно, и на улицу выйти можно глотнуть свежего воздуха. Халат вообще очень японская штука — взять хоть кимоно или юкату, самые обычные предметы здешнего гардероба — так что наличие такой вещи в магазине никого не удивляет, не удивило и меня. Собственно, в Японии я на халаты прежде всего и смотрю, это практически единственное (ну еще традиционные штаны на резинке), что может мне, крупномеру, здесь подойти. И я покупал до того кимоно, в одном — чесучовом, с шелковой отделкой, на подкладке — я в Москве выхожу.

Но!

Халат, что я нашел в Щибуйе, был не совсем японским, или даже совсем не японским и вовсе не ориентальным, он был обычным европейским шлафроком, просторным и удобным, с обшитым кантом воротником-шалькой, обшлагами, карманами, поясом, вот только этот самый шлафрок волей дизайнера, пришившего одну единственную пуговицу, был превращен из вещи домашней в средство для наружного применения, практически в пальто. Поддавшись импульсу, я купил его и, даже не дав положить в пакет, сразу надел, застегнувшись на ту самую единственную пуговицу и повязавшись поясом; так и вышел на улицу. Новый лук дополняла шляпа, делавшая меня похожим на жителя солнечной среднеазиатской республики, там как раз ватный халат со шляпой и носят. Но, опять же, азиатские халаты — шикарные узбекские чапаны, атласные или бархатные, из иката, а то и расшитые, или совсем зимние, на вате — вещи уличные, не для дома, а тут был именно что домашний вариант, отправленный за дверь.

Пройдясь немного, практически за углом, у магазина виниловых дисков, я немедленно увидел пару юнцов, обутых в уродливые кроссовки и одетых в примерно такие же халаты, дальше — еще нескольких жертв шлафрок-моды разного возраста, затем роскошную даму в сложносочиненной прическе, жемчужном обвесе и, опять же, в халате, и тут уже я окончательно понял, что с покупкой новой вещи меня угораздило попасть в самый настоящий, самый жирный тренд. Тренд, которого я до того просто не понимал и не замечал, а теперь же, уже в халате, не просто его заметил, но стал типичным его представителем.

То есть, я и раньше, еще когда одна моя подруга пошила у своей модистки несколько парадных шелковых пижам, догадывался, что в домашнем теперь можно совершать выходы, я даже представлял себе себя в бенуаре Большого в серой фланелевой (тоже японской!) пижамной куртке, партикулярных брюках и начищенных ботинках, но вот чтобы еще и в халате сверху, до этого моё воображение не доходило, да и брюки в моем представлении не были низом от пижамы.

А ведь, как теперь нам стало понятно, всё это — шлафроки на улице, пижамы в опере, тапки на босу ногу — было лишь репетицией сегодняшнего нашего дресс-кода, если шире — всей сегодняшней “stay home” ситуации, для которой домашняя одежда превратилась в единственную. И если раньше, до моды на пижамы и до эпохи самоизоляции, появление в откровенно домашней одежде, продающейся в больших магазинах в одних отделах с полотенцами, прикроватными ковриками и пеньюарами, было непредставимым, то теперь оно не просто разрешено, но даже поощряемо. Как выглядели бы сегодняшние деловые переговоры (в скайпе, зуме и прочих виртуальных конференц-залах), не предвосхити индустрия моды ситуацию домашней самоизоляции? Все одевались бы (выше пояса, за нижнюю половину не ручаемся) в деловое? В накрахмаленные рубашки с галстуками, в шелковые блузы, в пиджаки и жакеты? В униформу эпохи бизнес-класса и бизнес-ланчей? В спортивное? В прозодежду? Или, может, в клетчатые рубашки и джинсы? Согласитесь, всему этому лучшей альтернативой послужили именно выходные атласные пижамы и халатами в огурцах, предвосхитившие единственно правильный сценарий поведения в эпоху вирусной эпидемии — домашнего самозаточения. Тут и следование маминым правилам («Переступил порог дома — переоденься»), и гражданская ответственность («Stay Home»), и верность долгу («Я всегда готов перейти из гибернации в рабочее состояние») и даже жертвенность («Я не жду момента, чтобы улизнуть из дома, я здесь, дома, всерьез и надолго»). И не знаю, как там модистки, но онлайн-магазины теперь точно должны по преимуществу торговать домашней одеждой. Среди которой, понятно, есть выдающиеся произведения: туфли из бархата или лайки, лучшей костюмной шерсти или шелковые пижамы, кашемировые халаты. В конце концов, моду никто не отменял, походы по магазинам, хоть и виртуальные, тоже; как говорила мне в конце второй недели антарктического круиза озабоченная отсутствием шопинга жена мультимиллионера: «Геннадий, я уже девятнадцать дней не заходила в Bloomingdales, у меня начинается невроз, я на грани истерики». Не доводите себя до невроза!

Другие статьи
Бренд
Дело мастера
Обувщик Мишель Рабаллан трудится в парижском ателье John Lobb, которое создает обувь bespoke, но регулярно наведывается в Москву, чтобы встретиться с клиентами и принять новые заказы
Бренд
Одежда надежды
В Токио, где-то в районе Щибуйи, в модном одежном магазине, я купил халат. Не махровый, для банно-прачечных процедур, а шерстяной, правильного синего цвета, в таком и в старом большом доме зимой не холодно, и на улицу выйти можно глотнуть свежего воздуха...
Бренд
Полина Аскери и Арт Вторники в St-James
Сотрудничество художников с крупными производителями товаров и услуг имеет длительную историю. В конце XIX века, когда появилась профессия декоратора, многие художники добавили к своей основной карьере и это ремесло.

^